Ингибитор сэфр


Противоопухолевые препаратыГруппа так называемых блокаторов или ингибиторов роста рака. К данному типу биологической терапии относят:

  • ингибиторы тирозинкиназы;
  • ингибиторы протеасы;
  • ингибиторы MTOR;
  • ингибиторы PI3K (фосфатидилинозитол-3-киназы).

Факторы роста опухоли

Факторы роста – это химические вещества, производимые организмом для контроля роста клеток. Существует много различных типов факторов роста, и все они работают по-разному. Некоторые из них передают информацию, каким видом клетки должна стать данная, конкретная клетка. Другие побуждают клетки расти и делиться; есть те, которые передают информацию, когда клетка должна перестать расти или умереть.

Факторы роста работают, подключаясь к рецепторам на поверхности клеток. Они посылают сигнал внутрь клетки, запуская целую сеть сложных химических реакций.

Существует целый ряд различных факторов роста:

  1. Эпидермальный фактор роста (EGF) – контролирует рост клеток.
  2. Фактор роста эндотелия сосудов (VEGF) — координирует развитие кровеносных сосудов.
  3. Тромбоцитарный фактор роста (PDGF) — контролирует развитие сосудов и рост клеток.
  4. Фактор роста фибробластов (FGF) – отвечает за рост клеток.

Каждый фактор роста присоединяется к соответствующим рецепторам на поверхности клетки, чтобы оказывать воздействие на нее.

Ингибиторы факторов роста блокируют факторы, которые дают сигнал раковым клеткам делиться и расти. Ученые разрабатывают различные способы, чтобы осуществить это:

  • Снизить содержание факторов роста в организме.
  • Блокировать рецепторы факторов роста на клетке.
  • Противодействовать сигналам внутри клетки.

Большинство этих методов работают, блокируя процессы передачи сигнала, которые используют злокачественные клетки, чтобы начать деление.

Раковые клетки обладают повышенной чувствительностью к факторам роста опухоли. Поэтому если есть возможность заблокировать их, можно остановить рост некоторых видов онкологии. Ученые разрабатывают различные ингибиторы для разных типов факторов роста.

Есть сложности с классификацией различных типов биологической терапии, поскольку они часто пересекаются. Некоторые ингибиторы факторов роста блокируют рост кровеносных сосудов в растущей опухоли. Такое же действие оказывают моноклональные антитела.

Существуют различные типы ингибиторов, их можно сгруппировать в соответствии с химическими веществами, которые они блокируют.

Виды ингибиторов роста рака


Противоопухолевые препараты — ингибиторы тирозинкиназы

Ингибиторы тирозинкиназы также называют ИТК. Они блокируют ферменты под названием тирозинкиназы. Эти ферменты помогают передавать сигналы роста к клеткам. Таким образом, предотвращают рост и деление клетки. Может быть блокирован один тип тирозинкиназы или несколько. ИТК, оказывающие воздействие на несколько видов ферментов, называют мультиингибиторами.

ИТК, которые применяют в лечебной практике, а также в рамках клинических испытаний:

  • Afatinib (Giotrif)
  • Axitinib (Inlyta)
  • Bosutinib (Bosulif)
  • Crizotinib (Xalkori)
  • Дазатиниб (Sprycel)
  • Эрлотиниб (Tarceva)
  • Гефитиниб (Иресса)
  • Иматиниб (Гливек)
  • Лапатиниб (Tyverb)
  • Нилотиниб (Tasigna)
  • Pazopanib (Votrient)
  • Регорафениб (Stivarga)
  • Сорафениб (Nexavar)
  • Сунитиниб (Сутент)

Данные препараты принимают в таблетках или в капсулах, обычно один или два раза в день.

Противоопухолевые препараты — ингибиторы протеасомы

Протеасомы – крошечные структуры всех клеток, по форме напоминающие бочку. Они помогают расщеплять белки, которые не нужны клетке, на более мелкие части. Эти белки потом используются для создания новых, необходимых белков. Работу протеасом блокируют ингибиторы протеасом. Это вызывает накопление нежелательных белков в клетке, приводя к ее смерти.


Бортезомиб (Velcade) – ингибитор протеасом, который применяют в лечении меланомы. В организм его вводят внутривенно.

Противоопухолевые препараты — ингибиторы MTOR

MTOR – тип белка под названием протеинкиназа. Он воздействует на клетки, чтобы они синтезировали химические вещества под названием циклины, которые способствуют развитию клеток. Кроме того, они содействуют синтезу белков клетками, провоцирующих развитие новых кровеносных сосудов, которые необходимы опухолям.

Некоторые типы белка mTOR одновременно способствуют росту злокачественных клеток и созданию новых сосудов. Ингибиторы таких белков являются инновационными препаратами, блокирующими рост опухолевого процесса. К ингибиторам данного белка относят:

  • Темсиролимус (Torisel)
  • Эверолимус (Afinitor)
  • Deforolimus

Противоопухолевые препараты — ингибиторы PI3K

PI3K (фосфатидилинозитол-3-киназы) – группа близкородственных белков киназ. Они выполняют несколько действий в клетках. Например, активируют другие белки – к примеру, mTOR. Активация PI3K приводит к росту и делению клеток, развитию кровеносных сосудов, помогает клеткам передвигаться.

При некоторых видах рака PI3K постоянно активированы, что означает бесконтрольный рост раковых клеток. Исследователи разрабатывают новые методы лечения, которые блокируют PI3K, что останавливает рост злокачественных клеток и приводит к их гибели. Этот тип ингибитора пока доступен только в рамках клинических испытаний. Необходимо некоторое время, прежде чем убедиться, что препарат эффективен в лечении рака.


Противоопухолевые препараты — ингибиторы гистондеацетилазы

Ингибиторы гистондеацетилазы также называют ингибиторами HDAC или HDIS, ингибиторами селективного действия. Они блокируют действие группы ферментов, которые удаляют вещества из ацетильной группы конкретных белков. Это останавливает рост и деление злокачественных клеток, а иногда и полностью их уничтожает.

Ингибиторы гистондеацетилазы – новый тип ингибиторов факторов роста. Препараты, которые используются в лечении рака и в рамках клинических испытаний:

  • Vorinostat (Zolinza)
  • Belinostat
  • Panobinostat
  • Entinostat
  • Mocetinostat

Противоопухолевые препараты — ингибиторы Hedgehog pathway

Данные блокаторы нацелены на группу белков под названием Hedgehog pathway. У развивающегося эмбриона эти белки посылают сигналы, которые помогают клеткам расти в правильном направлении и в правильном месте. Данный белок также контролирует рост кровеносных сосудов и нервов. У взрослых Hedgehog pathway обычно не активен. Но у некоторых людей изменения в генах включают его. В настоящее время разработаны блокаторы Hedgehog pathway, которые выключают белок и останавливают рост рака.


Этот вид биологической терапии достаточно новый. Vismodegib (Erivedge) – пример такого ингибитора, участвующего в клинических испытаниях.

Ингибиторы ангиогенеза

Опухоль нуждается в хорошем кровоснабжении, чтобы поступали питательные вещества, кислород и удалялись отходы. Когда она достигает в ширину 1-2 мм, ей необходимо вырастить новые кровеносные сосуды, чтобы увеличить объем необходимых поступающих веществ. Некоторые раковые клетки создают белок под названием фактор роста эндотелия сосудов (VEGF). Этот белок прикрепляется к рецепторам на клетках, выстилающих стенки кровеносных сосудов внутри опухоли. Эти клетки называются эндотелиальными. Они дают импульс к росту кровеносных сосудов, чтобы опухоль могла расти.

Ангиогенез означает рост новых кровеносных сосудов. Если удается остановить создание новых сосудов, снижается рост опухолевого процесса, а иногда и уменьшается. Ингибиторы ангиогенеза как раз направлены на остановку создания новых кровеносных сосудов у опухоли.

Типы инигибиторов

Существуют разные препараты, блокирующие рост кровеносных сосудов:

  1. Ингибиторы, блокирующие фактор роста (VEGF) от присоединения к рецепторам на клетках, выстилающих кровеносные сосуды. Это останавливают развитие сосудов. Таким препаратов является бевацизумаб (Авастин), которые также представляет собой моноклональное антитело.

  2. Ингибиторы, блокирующие передачу сигналов. Некоторые препараты останавливают передачу сигналов о росте от VEGF рецепторов к клеткам кровеносных сосудов. Такие препараты также называют блокаторами факторов роста или ингибиторами тирозинкиназы. Сунитиниб (Сутент) – один из видов ИТК, блокирующий сигналы роста внутри клеток кровеносных сосудов. Его применяют в лечении рака почек и при редком типе рака желудка – стромальных опухолях.
  3. Ингибиторы, влияющие на передачу сигналов между клетками. Некоторые препараты оказывают действие на химические вещества, которые клетки используют, чтобы подавать сигналы о росте друг другу. Это может остановить процесс развития кровеносных сосудов. Такими препаратами являются талидомид и леналидомид (Revlimid).

Возможные побочные эффекты ингибиторов факторов роста

Все препараты способны вызывать побочные эффекты, у всех – разные. Но есть несколько общих потенциальных нежелательных последствий:

  • усталость;
  • диарея;
  • сыпь на коже или потеря цвета;
  • стоматит;
  • слабость;
  • утрата аппетита;
  • низкие показатели крови;
  • отеки.

Источник: tlv.hospital

    Актуальность


    Ретинопатия недоношенных (РН) является одной из наиболее распространенных причин нарушения зрения и слепоты у детей во всем мире. Ключевым механизмом в патогенезе РН является нарушение регуляции фактора роста эндотелия сосудов (VEGF). Блокада VEGF позволяет развиваться дальнейшей васкуляризации сетчатки, вызывать регресс витреоретинальной пролиферации. Бевацизумаб (авастин) устраняет ангиогенную угрозу развития ретинопатии недоношенных [8].

    Авторы представленного материала при агрессивных формах ретинопатии недоношенных еще в 2012 г. начали использовать в качестве anti-VEGF-терапии интравитреально препарат бевацизумаб для остановки прогрессирования заболевания и предотвращения развития слепоты.

    К этому времени в мире имелись лишь единичные поисковые публикации. В России аналогичных исследований не было найдено. Опыт использования авастина для лечения ретинопатии недоношенных был небольшой, данные часто противоречивые [1-3, 5, 7]. Некоторыми исследователями высказывались опасения о выявленных осложнениях вплоть до эндофтальмитов [4]. Следовательно, метод лечения ретинопатии недоношенных с использованием ингибитора сосудистого эндотелиального фактора роста требует дальнейшего изучения эффективности, осложнений и ведения пациентов.

    Цель

    Изучение эффективности интравитреального введений ингибитора сосудисто-эндотелиального фактора роста (СЭФР) бевацизумаб при ретинопатии недоношенных.


    Материал и методы

    220 пациентов с ретинопатией недоношенных получили интравитреальное введение бевацизумаба. Анализ эффективности лечения с использованием бевацизумаба изучен на 412 глазах (220 пациентах). Исследование было проведено в соответствии с этическими принципами проведения медицинских исследований с участием людей в качестве субъектов исследования согласно Хельсинкской декларации Всемирной медицинской ассоциации [6].

    Интравитреальное введение бевацизумаба проводилось после получения информированного согласия родителей и отказа от проведения стандартного лечения ретинопатии недоношенных с проведением транспупилярной лазеркоагуляции аваскулярных зон сетчатки.

    Гестационный возраст детей в среднем составил 27,62±2,44 недеиь. Минимальный возраст среди девочек – 23,5 недели и 25,5 недели у мальчиков. Максимальный возраст у девочек составлял 34,0 недели и 33,5 недели среди мальчиков. Таким образом, минимальный возраст составлял 23,5 недели, максимальный 34,0 недели.

    Вес при рождении был равен 1098,66±349,05 г (максимальный вес – 2350 г, минимальный вес – 420 г).

    Средний рост при рождении составлял 35,70±4,81 см. Максимальный рост составлял 48 см, минимальный рост – 26 см.


    Средний возраст пациентов на момент инъекции ингибитора VEGF составил 12,49+3,5 недели Минимальный возраст пациентов на момент инъекции ингибитора –2 недели (у мальчиков – 2 недели, у девочек – 4 недели).

    Оценка по шкале Апгар на первой минуте составляла, в среднем, 4,61± 1,51 балла (минимально – 1 балл, максимально – 7 баллов); на 5-й минуте – 5,93±1,44 балла (минимально – 2 балла, максимально – 8 баллов), что говорит о тяжелом состоянии и умеренной асфиксии у наблюдаемых новорождённых. Дети в 75,33% случаев имели много сопутствующих изменений в организме (максимальное число сопутствующей патологии у одного пациента составило 15 среди лиц мужского пола и 8 среди лиц женского пола).

    В 15% случаев дети были прооперированы по общесоматическим проблемам. Таким образом, дети были с отягощённым общесоматическим статусом, который, возможно, и лег в основу развития РН.

    Первое обследование офтальмологами было проведено на 6,28±2,65 неделе жизни (от одной недели до 10 недель). Диагноз ретинопатии недоношенных, в среднем, был поставлен на 7,56±2,06 неделе жизни (на 2 неделе самое раннее, и на 11 неделе самое позднее).

    Всем детям проводили оценку переднего отрезка глаза с помощью ручной щелевой лампы Kowa SL-15 (Япония), офтальмоскопию прямым офтальмоскопом Heine Beta 200S (Германия), обследование на ретинальной педиатрической камере Ret Cam 3 (США), проводилась также спектральная оптическая когерентная томография SOCT Copernicus (Польша) и электрофизиологическое исследование с помощью ЭФИ-системы RETI port Roland consult (Германия).


утриглазное давление измеряли с помощью тонометра Icare Pro (Финляндия). Перфузию в центральной артерии сетчатки контролировали с помощью непрямого офтальмоскопа Heine Video OMEGA 2 C (Heine Optotechnik, Herrsching, Германия), проводили фотодокументацию.

    Дети были под постоянным наблюдением неонатологов, реаниматологов и офтальмологов. До и после операции дети находились в специализированном неонатологическом отделении с койками реанимации.

    Оперативное лечение проводилось в операционном блоке со специализированным оборудованием для проведения анестезиологического пособия детям с низкой и экстремально низкой массой тела.

    За три дня до инъекции ребенку назначались антибиотики и антисептики эпибульбарно в оба глаза.

    Нами разработана новая методика введения малых доз препарата в малом обьеме 0,0125 мл монокулярно и в большинстве случаев проводили интравитреальное введение по показаниям в оба глаза, что позволило избежать повышения внутриглазного давления и повысить эффективность лечения ретинопатии недоношенных. Подготовка к операции проводилась стандартным способом: перед операцией кожа век и окологлазничной области обрабатывалась антисептическим раствором «Октенисепт» (Германия). Эпибульбарно закапывали антисептик «Пилоксидин» (Франция), антибиотики «Левофлоксацин» (Финляндия), устанавливали блефаростат, проводили разметку места интравитреальной инъекции, препарат «бевацизумаб» вводили в дозе 0,325 мг, что соответствовало 0,0125 мл монокулярно в каждый глаз.

    По завершении введения лекарственного препарата швы в месте проекции интравитреальной инъекции не накладывались, так как использовались тонкие иглы 30 G шприца Becton Dickinson (США) с необходимой разметкой для проведения интравитреальной инъекции. Проводилась тампонада места инъекции. Далее за нижнее веко закладывалась антибактериальная мазь глазная «Офлоксацин» (США), поверх глаз накладывалась асептическая повязка на время транспортировки в специализированное отделение пребывания пациента.

    Сразу после операции и в течение 7 дней после операции назначали инстилляции антибиотиков «Левофлоксацин» (Финляндия) и антисептиков «Пилоксидин» (Франция) по 4 раза в день по 1-2 капле в оба глаза.

    Все пациенты были обследованы на следующий день и через 2 дня после операции. Наблюдение пациентов проводилось один раз в неделю до достижения гестационного возраста 55 недель, далее до 65-70 недель с периодичностью один раз в 3-4 недели.

    Результаты

    До операции на глазном дне у пациентов группы наблюдения сосуды сетчатки были резко извиты и расширены. При осмотре глазного дна в 74% случаев были обнаружены активные сосудистые аркады, в 26% – артерио-венозные шунты, в 87% – вал экстраретинальной пролиферации, в 66,33% отмечалось формирование фиброзного компонента в виде эпиретинальных мембран, в 83% отмечены экссудативные компоненты на границе с аваскулярной и центральной зоной. Макулярная область не дифференцировалась, находилась в стадии формирования. В большинстве случаев определялась локализация активных сосудистых процессов в I зоне – 82%.

    Осложнения во время операции не отмечались. Эффективность лечения составила 93,5%. Стабилизация ретинопатии недоношенных наблюдалась в среднем через 3 дня после интравитреальной инъекции бевацизумаба.

    У 92 детей с активной формой ретинопатии недоношенных ригидность зрачка была нивелирована в течение 7 дней после интравитреальной инъекции бевацизумаба.

    На пятый день после интравитреальной инъекции бевацизумаба наблюдались выраженные признаки регрессии: сосуды сетчатки становились менее извитыми, патологическое расширение артерий и вен было менее выраженное, уменьшилось количество артериовенозных шунтов, экссудация и пролиферация уменьшались по протяженности и высоте. У пациентов с фиброзным компонентом определялась стабилизация, не было отмечено прогрессирования заболевания в виде увеличения протяженности фиброза и формирования тракций.

    Стабилизация патологической неоваскуляризации и начало регрессии заболевания в виде стабилизации сосудистого и экссудативного компонента в течение следующих 7 дней после интравитреальной инъекции бевацизумаба произошло во всех случаях. Полная васкуляризация III зоны сетчатки наступала к 65 неделе постконцептуального возраста.

    Стабилизация сосудистой активности наблюдалась у большинства детей при однократном введении, но в 7 случаях потребовалась повторная anti-VEGF-терапия интравитреальным введением препарата «бевацизумаб». В 3 случаях потребовалась дополнительная лазеркоагуляция аваскулярной зоны сетчатки.

    Обсуждение

    В Университетской клиники Хьюстона (США) на сегодняшний день накоплен самый большой опыт применения ингибиторов СЭФР при РН в США и Европе, при интравитреальном введении монокулярно в каждый глаз авторами заявлена дозировка 0,625 мг раствора бевацизумаба, содержащихся в 0,025 мл раствора [8]. Мы разработали методику, которая позволила в 2 раза снизить дозу вводимого препарата бевацизумаб до 0,3125 мг раствора бевацизумаба, содержащихся в 0,0125 мл раствора по сравнению с работами зарубежных коллег. Данная методика позволяет уменьшить количество потенциальных осложнений. Сосуды имеют возможность физиологично прорастать в аваскулярную зону сетчатки, устраняя ишемию и риск недоразвития сосудов сетчатки в III зоне. Осложнения в операционном и послеоперационном периоде нами не отмечались. Эффективность лечения составила 93,5%. Простота и скорость проведения лечебной манипуляции выгодно отличается от традиционных методов лечения. По сравнению с хирургическими методами лечения РН, при интравитреальном введении ингибитора СЭФР ребенок подвергается кратковременному воздействию наркоза. Операция малотравматична и занимает не более 5 минут. Нет необходимости в дорогостоящем специализированном оборудовании. Соматическое состояние детей в послеоперационном периоде не ухудшалось, оценивалось как удовлетворительное. Осложнения в отдаленном периоде наблюдений не выявлены. Срок наблюдения составил более 5 лет.

    Необходимо отметить, что оценка эффективности ингибиторов ангиогенеза очень сложная. Она осложняется большим количеством сопутствующих заболеваний, которые в большинстве случаев спровоцировали и усугубили течение ретинопатии недоношенных, являются важнейшей основой патогенеза. Тяжелое общее состояние младенца также значительно влияет на эффект лечения. Большое количество сопутствующих заболеваний часто протекают с трудно учитываемыми исходами, поэтому эффективность лечения зависит не только от препарата, вводимого ребенку. Нельзя так же исключить влияния дозы и времени введения блокаторов ангиогенеза, и эти факторы необходимо изучать. Не ясно, что такое рецедив процесса или это недостаточная доза введенного препарата. В большинстве случаев повторное введение сделано нами потому, что у пациентов происходила вторая волна выброса в стекловидное тело цитокинов сосудистого эндотелиального роста, которую зачастую вызывали стрессовые состояния организма ребенка, такие как переливания крови, дыхательная недостаточность, внутрижелудочковые кровоизлияния, оперативные лечения ребенка по соматическому статусу и по жизненным показаниям. Мы считаем, что именно эти факторы явились причиной повторной активизации заболевания, а не недостаточная дозировка препарата. Несмотря на большое количество неучтенных или трудно учитываемых факторов, можно уверенно отметить эффективность метода лечения ретинопатии недоношенных с использованием ингибиторов сосудистого эндотелиального фактора роста.

    Впервые в России нами использован новый метод лечения ретинопатии недоношенных с использованием anti-VEGF-терапии. Исходя из полученных данных, можно говорить о высокой эффективности применения ингибиторов СЭФР в лечении агрессивных форм РН. Учитывая полученные данные, можно предположить, что данная методика является перспективным методом лечения ретинопатии недоношенных.

    Заключение

    Бевацизумаб, вводимый интравитреально, имеет следующие преимущества перед лазерной фотокоагуляцией сетчатки: короткое время нахождения в наркозе ребенка, отсутствие рубцовых повреждений сетчатки в виде периферической хориоретинальной дистрофии сетчатки, отсутствие необходимости специализированной операционной, возможность проведения при ригидном зрачке, при мутных оптических средах и у пациентов с противопоказанием к длительному анестезиологическому пособию. Ингибитор СЭФР позволяет продолжить физиологическую васкуляризацию сетчатки в аваскулярной зоне, исключить атрофию сетчатки с вторичной потерей поля зрения и ослаблением склеры и воспрепятствовать потенциальному развитию миопии.

    

    Сведения об авторах:

    Сидоренко Евгений Евгеньевич – канд. мед. наук, доцент кафедры офтальмологии педиатрического факультета ФГБОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, ведущ. науч. сотрудник ГБУЗ «НПЦ специализированной медицинской помощи детям им. В.Ф. Войно-Ясенецкого» ДЗ г. Москвы.

    Назаренко Анастасия Олеговна – клинический ординатор кафедры офтальмологии педиатрического факультета ФГБОУ ВО «РНИМУ им Н.И. Пирогова».

    Сидоренко Евгений Иванович – докт. мед. наук, профессор, член-корреспондент РАН, зав. кафедрой офтальмологии педиатрического факультета ФГБОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова».

    Суханова Ирина Владимировна – врач-офтальмолог ГБУЗ «НПЦ специализированной медицинской помощи детям им. В.Ф. Войно-Ясенецкого» ДЗ г. Москвы.

    Мигель Дмитрий Владимирович – врач-офтальмолог ГБУЗ «НПЦ специализированной медицинской помощи детям им. В.Ф. Войно-Ясенецкого» ДЗ г. Москвы.

    Миронова Элеонора Геннадьевна – врач-офтальмолог ГБУЗ «НПЦ специализированной медицинской помощи детям им. В.Ф. Войно-Ясенецкого» ДЗ г. Москвы.

    Николас Мануэль Росельо Кесада – аспирант кафедры офтальмологии педиатрического факультета ФГБОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова».

Источник: eyepress.ru

Перечень сахароснижающих средств настолько внушителен, что даже больные диабетом порой весьма плохо ориентируется в этом лекарственном многообразии. Шесть фармакологических групп, которые различаются механизмом действия и имеют собственные положительные и отрицательные стороны, и десятки препаратов, применяющихся при диабете 2-го типа, вносят путаницу в умы потребителей. Попробуем разложить все по полкам.

Шесть групп

Итак, современные пероральные гипогликемические средства относятся к одной из шести групп:

  • Бигуаниды — основной представитель метформин, о котором мы уже писали. 
  • Производные сульфонилмочевины — глибенкламид, гликлазид, глимепирид, глипизид. 
  • Ингибиторы альфа-глюкозидазы — акарбоза, миглитол. 
  • Тиазолидиндионы, или глитазоны — пиоглитазон, энглитазон. 
  • Ингибиторы ДПП-4, или глиптины — ситаглиптин, вилдаглиптин, саксаглиптин. 
  • Ингибиторы SGLT2 — дапаглифлозин, канаглифлозин, эмпаглифлозин.

Несмотря на сложные для неискушенного потребительского восприятия названия фармакологических групп, механизм действия входящих в их состав препаратов довольно прозрачен, а преимущества и недостатки очевидны. И, отбросив страх перед терминами, познакомимся с ними поближе.

Производные сульфонилмочевины

Они «заставляют» организм вырабатывать (секретировать) инсулин, поэтому их иногда называют секретагогами.

Как работают? Производные сульфонилмочевины связываются с рецепторами, расположенными на мембранах бета-клеток поджелудочной железы. Это вызывает последовательность событий внутри клеток, результатом которой становится увеличение количества инсулина, вырабатываемого бета-клетками. Снижают уровень гликированного гемоглобина (HbA1c — показателя, который отражает содержание глюкозы в крови за длительный период времени) в среднем на 1–2 %.

Кому назначают? Препараты этой группы назначают при диабете 2-го типа, когда уровень гликированного гемоглобина составляет выше 6,5 %. Как правило, к ним обращаются при отсутствии или недостаточном ответе на лечение метформином.

Преимущества:

  • Доступная цена. 
  • Быстрое начало действия. 
  • Отсутствие влияния на уровень давления. 
  • Удобное дозирование. 
  • Снижение микрососудистых осложнений (ретинопатии, нейропатии).

Недостатки:

  • Риск гипогликемий. 
  • Прибавка в массе тела. 
  • Низкая долгосрочность эффекта.

Ингибиторы альфа-глюкозидазы

Пероральные средства при диабете 2-го типа: Ингибиторы альфа-глюкозидазы

Препараты этой группы замедляют усвоение углеводов из пищи и поступление глюкозы в кровь. Снижают уровень HbA1c на 0,5–0,8 %.

Как работают? Механизм действия основан на блокировании кишечных ферментов — альфа-глюкозидазы, — которые участвуют в расщеплении сахаридов.

Кому назначают? Препараты этой группы применяют, когда возникают сложности с контролем уровня глюкозы после еды.

Преимущества:

  • Способность снижать уровень глюкозы после еды (постпрандиальной), особенно в комбинации с другими сахароснижающими препаратами. 
  • Низкий риск гипогликемий.
  • Отсутствие влияния на массу тела. 
  • Снижение уровня триглицеридов.

Недостатки:

  • Невысокая сахароснижающая активность. 
  • Побочные эффекты со стороны ЖКТ. 
  • Неудобное дозирование (необходимость в частом подборе, титрации дозы). 
  • Высокая стоимость.

Тиазолидиндионы

Препараты этой группы повышают чувствительность организма к инсулину, поэтому иногда они называются инсулиновыми сенситайзерами. Уровень HbA1c при приеме тиазолидиндионов снижается на 0,5–1,4 %.

Как работают? Тиазолидиндионы связываются с рецепторами PPARg, которые обнаруживаются в печени, эндотелии сосудов, жировой и мышечной тканях. Это приводит к увеличению синтеза белков, участвующих в обмене глюкозы.

Кому назначают? Препараты этой группы применяют в случаях, когда метформин или производные сульфонилмочевины плохо переносятся или не позволяют компенсировать диабет.

Преимущества:

  • Низкий риск гипогликемий. 
  • Долгосрочный эффект. 
  • Повышение уровня «хорошего» холестерина, снижение уровня триглицеридов (пиоглитазон). 
  • Снижение риска ишемической болезни сердца (пиоглитазон).

Недостатки:

  • Прибавки в массе тела. 
  • Задержка жидкости в организме. 
  • Способствуют разрушению костной ткани, частым переломам костей. 
  • Повышение уровня «плохого» холестерина. 
  • Высокая стоимость.

Ингибиторы ДПП-4

Пероральные средства при диабете 2-го типа: ингибиторы ДПП-4

Это достаточно новый класс пероральных сахароснижающих препаратов, позволяющих снизить уровень HbA1c на 0,5–0,8 %, а также уменьшить массу тела.

Как работают? Препараты этого класса блокируют действие фермента ДПП-4, который разрушает группу желудочно-кишечных гормонов — инкретинов. Инкретины помогают стимулировать выработку инсулина, когда это необходимо (к примеру, после еды), а также снизить продуцирование печенью глюкагона, когда он не нужен (во время пищеварения). Кроме того, они замедляют пищеварение и снижают аппетит.

Кому назначают? Ингибиторы ДПП-4 считаются препаратами второй или третьей линии. Их применяют, если лечение метформином, производными сульфонилмочевины не дало желаемого результата. Часто они становятся альтернативой тиазолидиндионам.

Преимущества:

  • Низкий риск гипогликемий. 
  • Хорошая переносимость. 
  • Снижение аппетита (применяются при повышенной массе тела или ожирении).

Недостатки:

  • Не столь интенсивное снижение HbA1c в сравнении с препаратами других групп.

Ингибиторы SGLT2

Самый новый класс сахароснижающих препаратов. Их действие основано на способности «помогать» почкам снижать уровень глюкозы в крови. Одобрены одной из самых авторитетных организаций в области здравоохранения в мире, Американской администрацией по контролю за продуктами питания и лекарственными препаратами (FDA), для лечения диабета в 2013 году.

Как работают? Почки постоянно фильтруют глюкозу из крови, после чего она снова возвращается в кровяное русло — происходит реабсорбция глюкозы. В этом процессе участвуют белки, которые называются натрий-глюкозными котранспортерами глюкозы, — SGLT1 и SGLT2. Ингибиторы SGLT2 блокируют белки второго типа, вследствие чего меньше глюкозы вновь возвращается в кровь, а больше — выводится из организма с мочой.

Кому назначают? Препараты этой группы применяются при недостаточном ответе на лечение метформином и инсулином. Они не рекомендуются больным с нарушением функции почек (нефропатией), поскольку в таких случаях снижается эффективность ингибиторов SGLT2.

Преимущества:

  • Высокая сахароснижающая активность. 
  • Снижение массы тела.

Недостатки:

  • Риск инфекций мочевого тракта. 
  • Риск гипогликемий. 
  • Высокая стоимость.

Марина Поздеева

Фото istockphoto.com

Товары по теме: метформин, глибенкламид, гликлазид, глимепирид, акарбоза, ситаглиптин, вилдаглиптин, саксаглиптин, дапаглифлозин, канаглифлозин, эмпаглифлозин

Источник: apteka.ru

Здравствуйте.

Хочу рассказать Вам нашу грустную историю со счастливым концом.

В 2016 году у нас родился глубоко недоношенный сыночек в 27 недель беременности, весом меньше килограмма. Про долгое и тяжелое выхаживание рассказывать не буду в этом отзыве.

У глубоко недоношенных деток бывают проблемы с сетчаткой — Ретинопатия недоношенных. Чаще всего, ретинопатия сама регрессирует и заболевание останавливается в развитии или вообще откатывается назад. Но у нас так случилось, что у нашего ребенка произошла отслойка сетчатки в самое неподходящее для этого время — в канун Пасхи и выходных. Заболевание было очень быстро прогрессировало, «+болезнь» и самая страшная «задняя агрессивная форма». По всем правилам оказания мед.помощи при таких случаях нам должны были сделать операцию в течение 73х часов, но врачи Морозовской больницы не захотели заморачиваться перед праздниками и решили отложить операцию на 5(!) дней. Я начала собирать информацию, позвонила неонатологу, которая нас выходила и уже только дома поняла, что мой ребенок за выходные может ОСЛЕПНУТЬ НАВСЕГДА…

Я была в ужасе, звонила в Морозовскую, приехала туда на госпитализацию с ребенком.. Нас приняли, но открытым текстом говорили, что об операции (витреоэктомии на правом глазу и лазернолй операции на левом глазу) не может быть и речи, у их высочеств ВЫХОДНЫЕ… На все мои вопросы, что мне делать, кто может помочь, понимают ли они, что ребенок может ослепнуть — был ответ один «хихи, он не только может ослепнуть, но и скорее всего до вторника ослепнет, ну и что?! Вы не одни такие!»

Я забрала ребенка домой и начала искать зарубежные клиники, я готова была рвануть куда угодно, лишь бы спасти ребенку зрение.

В группе мам недоношенных детей написала нашу историю, откликнулось очень много мам, мне посоветовали обратиться НПЦ Медицинской помощи детям имени В.Ф. Войно-Ясенецкого к конкретному врачу (здесь нельзя писать фамилии, но я думаю, что кому надо — те загуглят). Он один в России делает уколы ингибитора СЭФР в стекловидное тело (препаратом Eylea на данный момент, до этого был препарат Авастин), который ЭФФЕКТИВНЕЙ лазерных операций в разы и БЕЗОПАСНЕЙ.

Я связалась с доктором, описала ситуацию и он нас принял в понедельник рано утром, посмотрел ребенка и сказал, что ситуация за выходные усугубилась и он от себя сделаеь все возможное, чтобы наш малыш мог видеть этот мир! Мы были так счастливы!

Немного отступлю от темы, в Морозовской нам собирались делать хирургическую операцию на правом глазу, а ПОДГОТОВКА к хирургическим операциям на глазу составляет трое суток. ТРОЕ, Карл! Нас даже никто не готовил, тоесть, во вторник бы только начали готовить и пока готовили ребенок бы ОСЛЕП! А так как у нас была истинная задняя агрессивная форма, лазер не помог бы, делай его хоть 10 раз… Так же, от лазера на всю жизнь остаются ожоги на сетчатке, и там где «приварено» — этими участками ребенок уже не будет видеть никогда, так как они «коагулируются» и умирают нервные клетки в этих местах навсегда.

Хууух..

 

Ребенку прокапали препараты для подготовки к операции и сделали инъекции ингибитора СЭФР. Операция длится 5-10 минут, ребенку делается легкий масочный наркоз (без интубации, во время операции ребеночек дышит сам) .

Через несколько дней сделали исследование на аппарате retcam и даже мне, непосвященной, было видно, что сосуды стали ровнее, не так сильно налиты кровью. Доктор сказал, что прогноз по левому глазу хороший, а правый у нас в зоне риска повторного введения ингибитора. Так мы и проходили с этой «угрозой» до полного регресса ретинопатии (в 11 месяцев после рождения). Первое время после операции мы ездили на осмотр к окулисту, который нас оперировал каждую неделю, сейчас, когда ребенку уже 2 года, мы ездим примерно 1 раз в 3 месяца. Доверяем наши глазки только ему.

Поэтому, дорогие родители недоношенных малышей, кто еще не знает, что витреоэктомии и лазерной коагуляции сетчатки есть альтернатива — не соглашайтесь на все подрят, больше читайте, изучайте, ведь я знаю, каждый родитель хочет для своего ребенка самого лучшего!

Возможно, Вам будет интересно:

  • Так делать retcam или нет?
  • зрительные вызванные потенциалы (ЗВП, оно же ЭФИ)
  • Наш ребенок слабовидящий. Куда бежать? Что делать?

Источник: irecommend.ru


Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.